Вы просыпаетесь уже уставшим. Кофе больше не бодрит — он лишь фоново заостряет тревогу, но вы, скорее всего, этого не осознаете. Работа, которая когда-то зажигала, теперь — как густая жижа. Затягивает. Засасывает вглубь чего-то бесцельного. Гул в ушах перетекает в головную боль. Мир вокруг — не то что не «играет красками», он будто на выкрученном до минимума контрасте.
Кажется, вы сейчас — очень плохая версия себя. Знакомо?
Сначала думаете: просто устал и лень. Но то, что происходит, может быть признаком выгорания.
Изначально, в 70-х, этот термин ввёл психолог Герберт Фрейденбергер, описывая успешных людей, которые внезапно начали ненавидеть свою работу. Он назвал это состоянием истощения от долгого стресса. Некой поломкой всей системы — где психическое связано с физическим.
И нет, это не «просто устал».
Стресс, традиционно воспринимаемый как сугубо негативное явление, на самом деле обладает двойственной природой: в умеренной степени он мобилизует внимание и повышает продуктивность, но, преодолевая индивидуальный порог, ведёт к её резкому спаду.
Согласно современному пониманию, стресс — это процесс, при котором требования среды превышают наши субъективно оцениваемые ресурсы, а на эту оценку влияют как внешние обстоятельства, так и ключевые внутренние факторы, такие как уверенность и усталость. Стресс — ок. Но плюс еще один стресс и еще один на длительном отрезке времени нередко приводят к выгоранию.
Эмоции меняют тональность. Цинизм, раздражительность, чувство беспомощности, потеря смысла. Мысли туманно ворочаются в голове. Всё ярче заметна невозможность сконцентрироваться, постоянное забывание простых вещей.
В теле хроническая усталость, которая не проходит после сна, головные боли, частые простуды, проблемы аппетитом. Прокрастинация и уход от социальных контактов — очень частое проявление выгорания. Может также появиться деперсонализация — холодное, безразличное отношение к тем, кто просит о помощи. Сердце будто закрывается.
Опасно ли это?
Выгорание — не конечная станция, но без внимания оно, к сожалению, может вести к депрессии, тревожным расстройствам, паническим атакам, серьёзным соматическим болезням (гипертония, проблемы с ЖКТ). Вы рискуете не просто работой, а отношениями, здоровьем и самым главным — вкусом к жизни.
Кто в зоне риска?
Не только офисные работники, а все, чья работа требует огромной самоотдачи и контакта с людьми-врачи, учителя, соцработники, полицейские, сотрудники НКО. А также — внимание! — мамы (и иногда папы) в декрете, особенно родители детей с особыми потребностями. Это круглосуточная эмоциональная работа без выходных и признания заслуг. «Родительское выгорание» — это чувство, что вся жизнь свелась к обслуживанию другого человека, и из этой ловушки нет выхода. Хорошая новость в том, что это состояние можно облегчить и постепенно полностью из него выбраться, снова наполнив свою жизнь приятными моментами — выпить чашечку ароматного кофе с удовольствием, а не на автомате.
Как проверить, насколько я выгорел/а?
Проверить глубину можно с помощью специальных тестов, например, Опросника выгорания Маслач (MBI), который используют во всём мире.
Что с этим делать?
Тут может быть алгоритм из трёх шагов: 1. Признать: «Да, похоже, я выгораю». Вы точно не один — каждый третий в группе риска проходит через это. 2. Остановиться и пересмотреть то, что происходит. Не «бежать быстрее», а сделать паузу. Попробуйте найти корень стресса внутри самой работы: может, это монотонность, невидимость результата или неподъёмная эмоциональная вовлечённость? 3. Обратиться за поддержкой.
Как поддержать себя самостоятельно
Когда вы ловите себя на том, что усталость стала фоновым шумом жизни, который никуда не исчезает, наступает самое время замедлиться. Вот несколько коротких советов, что можно сделать самостоятельно:
Установите «микро-границы».
Не пытайтесь изменить всё сразу. Начните с малого: объявите последний час перед сном зоной, свободной от экранов. Договоритесь с собой не проверять рабочую почту после 20:00. Человеку необходимо личное пространство, а его отсутствие может стать барьером на пути тотального поглощения работой.
Прервите автоматизм.
Ваш день стал слишком предсказуемым? Внесите в него крошечный хаос. Сверните с привычной дороги на работу и пройдитесь иным путем. В обеденный перерыв не листайте соцсети, а выйдите и десять минут просто посмотрите по сторонам. Цель всего этого— немного разбить сомнамбулическое состояние «дом-работа-дом».
Заведите «дневник усталости».
Каждый вечер кратко отмечайте: в какой момент дня чувствовали максимальный спад? Что конкретно вызвало раздражение? Какая мысль отняла больше всего сил? Через неделю паттерны станут очевидны, и вы увидите не абстрактный «стресс», а его конкретных виновников и сможете знать, где болит больше всего.
Восстановите связь с телом через простые сенсорные сигналы.
Выгорание отдаляет нас от физических ощущений. Вернитесь к ним самым простым способом: примите душ, сосредоточившись на том, как вода касается кожи. Выпейте горячий чай, чувствуя тепло чашки в ладонях и вкус каждого глотка. Это пятиминутное упражнение — маленькая перезагрузка нервной системы.
Сократите дистанцию до одного дня.
Перестаньте думать о квартальных планах и грандиозных целях. Спросите себя: «Что я могу сделать сегодня, чтобы моё сегодняшнее „я“ почувствовало немного облегчения?» Ответом может быть приготовленный ужин, отложенная задача, которая подождёт, или час на старую видеоигру. Это акт заботы о себе в реальном времени имеет терапевтический эффект.
А если не помогает?
Если вы понимаете, что сил не прибавляется, а туман только сгущается — это может быть сигналом, чтобы обратиться за профессиональной помощью и это нормально!
Психотерапия при выгорании работает как тихое, безопасное пространство, где вас наконец-то слушают и вы слышите себя. Вы начинаете замечать, в какой именно момент застряли: где оборвалось «я хочу» и началось «я должен», где тело сжалось в комок, а вы это проигнорировали, где потребность в отдыхе была заглушена чувством вины. Терапевт не даёт готовых советов, но помогает вам самому восстановить этот оборванный контакт с вашей усталостью, злостью или бессилием.
Тут важно вместе разобрать «клубок» на конкретные нити: вот это давление начальника, а вот это — моя перфекционистская мысль, которая в десять раз его усиливает. Вы учитесь различать свои истинные желания и навязанные долги. И через это прояснение, через эксперименты и новый опыт в безопасных условиях, у вас постепенно появляется ваша собственная карта вместо чей-то чужой инструкции к жизни. Карта, на которой видны ваши источники сил, границы и пути к тому, что по-настоящему важно. В терапии вы учитесь бережно слышать сигналы, которые посылает вам ваша же жизнь.
Приглашаю на бесплатную онлайн встречу-знакомство (30 минут). Обсудим ваш запрос и ожидания. Встреча поможет принять решение, готовы ли вы пойти дальше.
Работаю с выгоранием, кризисами и состояниями истощения — бережно, без давления и в темпе человека. Помогаю восстановить контакт с собой, своими чувствами и границами, когда привычные способы справляться больше не работают.
Я пришла в терапию не сразу, а когда поняла, что кажется уже что-то совсем не так. Появилось ощущение, что работа, которую я раньше любила, превратилась в бесконечный поток задач, вызывающий только раздражение и желание кричать на всех рядом. Я постоянно проверяла почту, не могла отключиться даже в выходные, но что интересно при этом, продуктивность падала.
В процессе работы с Маргаритой я смогла увидеть, как сама оказывается стираю границы между работой и жизнью, и где во мне сидит тот «надсмотрщик», который запрещает мне отдыхать. Самым важным стало не просто научиться расслабляться, а заново понять, чего хочу я, именно я, а не моя должность. Теперь я могу завершать рабочий день, когда он должен завершиться, а чувство постоянной вины и фоновой тревоги заметно снизилось.
Мария, мама в декрете
Моим главным неприятным чувством было чувство полного истощения и глубокая обида. Мне казалось, что моя жизнь кончилась, нет больше меня, а есть просто «обслуживающий персонал» для ребенка, и мужа. Я злилась, потом винила себя за эту злость, и круг замыкался. Дни слились в один по сути, а самая большая радость — это сходить в магазин одной, пока муж мог посидеть с ребенком.
На терапии я сразу первое что поняла, что надо разрешить себе эти чувства без осуждения. Мы работали с тем, как вернуть себе эти «части себя». Мне нелегко было понять где я, отдельная от материнства. Я осознала, что мое выгорание по сути это крик о помощи, который я сама же и заглушала. Самое главное, чему я научилась — это выстраивать свой режим так, чтобы в нем было место и для меня, и это делает меня гораздо более спокойной и присутствующей мамой, а не просто существуещей, функционирующей. Думаю, это важно и для моего малыша тоже.
Сергей, врач-реаниматолог
В профессии, где нужно быть постоянно не только собранным, но и отзывчивым, я стал ловить себя на холодности и цинизме. Когда пациенты превратились в «случаи», а коллеги раздражали каждый день — я задумался. Я понимал, что это защита, но не знал, как с ней справиться без ущерба для работы.
Терапия помогла мне увидеть, что я отрицал свою собственную усталость и человеческие реакции, пытаясь быть «несгораемым». А это, к сожалению, часто встречается в медицине. У нас не учат работать со своим ментальным здоровьем и очень жаль. Ключевым стал навык осознанно «отключать» рабочий режим и находить способы восстанавливаться до того, как наступит полное опустошение. Постепенно у меня получилось вернуть себе профессиональное удовлетворение, не доводя себя до состояния «выжатого лимона» и автоматизма.